В какой монастырь уйти

Основные правила

Самое важное, что стоит знать перед тем, как просить священнослужителей принять вас в монастырь, это то, что просто так человека “с улицы”, который внезапно принял решение стать отречься от мирской жизни, не постригут в монахи сразу. Вам предложат пройти довольно длительный испытательный срок, который может продлиться несколько лет. Это нужно не только для того, чтобы священнослужители убедились в чистоте ваших намерений, испытательный срок нужен, прежде всего, вам самим.

Когда верующий человек посещает богослужения, проводит немного времени в монастыре, ему может казаться, что жизнь монахов — это покой, умиротворение души, уверенность в завтрашнем дне и праведность. Он ощущает душевный подъем, испытывает радость, поэтому желание остаться в монастыре навсегда выглядит вполне естественным. Однако на самом деле все не так просто. Но давайте обо всем по порядку. Для начала рассмотрим, через какие этапы подготовки человеку нужно пройти, чтобы начать новую жизнь в качестве православного монаха:

  • Регулярное посещение служб. Для начала вам нужно регулярно присутствовать на службах, исповедоваться. Если вы вдруг поймете, что встать рано утром, чтобы пойти на утреннюю службу вам тяжело, отвлекают какие-то дела или просто пропадает желание, то стоит еще раз хорошо подумать о том, что, возможно, монашеская жизнь вовсе не для вас. Также нужно обсудить со священнослужителем ваше желание, чтобы он дал вам более точные рекомендации о том, как пройти первый этап приобщения к церковной жизни.
  • Пребывание в монастыре в качестве трудника. Монахи не только молятся, но и занимаются тяжелым физическим трудом. Вы можете договориться с руководством того или иного монастыря и стать трудником на какое-то время (количество дней, недель или даже месяцев можно обсудить в индивидуальном порядке). Благодаря этому вы сможете понять, подходит ли вам такой тяжелый труд, ведь в дальнейшем, если вы не откажетесь от идеи стать монахом, он будет составлять существенную часть вашей жизни. Некоторые, желая на время отрешиться от мирских забот посредством труда на благо верующих, приезжают в монастырь на пару-тройку недель каждый год, а лишь по прошествии нескольких лет принимают окончательное решение стать монахом.
  • Возведение в послушники. После того, как вы провели какое-то время в монастыре в качестве трудника и желание стать монахом вас не покинуло, вы можете написать специальное прошение. Получив разрешение, вы сможете стать послушником при монастыре. При этом вы продолжите носить свое мирское имя, но вам будет разрешено ношение некоторых атрибутов православной веры.
  • Пострижение в монахи. Если вы успешно прошли испытательный срок и уверены в том, что хотите посвятить себя служению Богу, то с разрешения игумена вас постригут в монахи, дадут духовное имя, а ваша дальнейшая жизнь будет проходить в стенах монастыря за молитвами и трудом.

Также стоит учитывать, что в монастырь гораздо охотнее принимают людей старше 30 лет. Это связано с тем, что в этом возрасте человек уже имеет некий жизненный опыт, поэтому его решения более осознанны. К тому же перед тем, как вас постригут в монахи, нужно прожить в монастыре минимум пять лет. За столь продолжительный срок вы сможете точно убедиться в том, действительно ли вы готовы прожить остаток своих дней, подчиняясь строгому распорядку и отрешаясь от всего мирского. Если же в монастырь хочет уйти еще совсем юный парень, то обязательно потребуется разрешение родителей.

Причины, по которым уход в монастырь не приветствуется

Церковь всегда готова принять в свое лоно людей, которые искренне желают посвятить свою жизнь служению Богу. Однако есть некоторые ограничения, касающиеся тех, чьи намерения не столь чисты, тех, кто имеет важные незавершенные дела в мирской жизни, и людей, которые приняли решение из-за нестабильного эмоционального состояния. Рассмотрим несколько примеров:

  • Люди, зависящие от вас. Если у вас есть дети, которые нуждаются в опеке, пожилые родители, которым необходим уход, то с пострижением в монахи придется подождать. В данном случае ваше решение уйти в монастырь, какими бы благими ни были ваши намерения, принесет вред другим людям. Если вы женаты, то для начала придется получить развод. Вы, конечно, можете скрыть свое семейное положение, но тогда возникает вопрос, действительно ли ваши намерения чисты.
  • Неоплаченные долги, уголовное преследование. Скрыться от проблем за стенами монастыря тоже не получится. Сначала нужно решить все свои вопросы и только тогда, когда вы будете уверены в том, что завершили все дела, можно начинать задумываться об уходе в монастырь.
  • Пережитый стресс. Иногда люди решают постричься в монахи после развода, смерти близких, серьезной неудачи в работе. В таком случае это решение импульсивное, оно не может быть взвешенным и осознанным, поэтому от него лучше отказаться.

Самое главное — это искреннее желание посвятить себя Богу. Перед тем, как мужчине уйти в монастырь, он должен убедиться в том, что его больше ничто не держит в миру, никто от него не зависит, он готов смиренно выполнять все требования монастырского руководства и принять свою новую жизнь. Важно понимать, что монашество — это не только покой, умиротворение и молитвы, это еще и постоянная борьба с собственной гордыней.

>Монашество – легкий ли это путь?

Что такое монашество? Лёгкий ли это путь – уйти в монастырь? Об этом Вам расскажет игумен Сергий (Рыбко) в статье на портале “Православие и мир”.

Монашество

Источник: «Сестричество во имя святителя Игнатия Ставропольского»

Письмо первое

Здравствуйте!

Если у Вас есть немного свободного времени, помогите мне, пожалуйста. Меня зовут N. Мне 16 лет. Я живу в Петербурге. Я толком не знаю кто Вы, но мне кажется, что Вы можете дать мне совет.

Дело в том, что, как это часто бывает с людьми моего возраста, пытаюсь найти любовь. У меня большие проблемы с родителями. Они всё, что нужно делают для нас (у меня есть брат и сестра): я даже учусь в платной школе. Но они друг друга терпеть не могут, без конца ссорятся, папа бьёт маму и сестру. Меня он давно не бил, потому что я ему вру. но, по – моему, сестра и мама провоцируют его сами. И это всё каждый день. Папа не позволяет нам очень многого Но, фактически, мы живём на его деньги. Он тоже по – своему нас любит, но вынести эту любовь невероятно тяжело. Из – за всего этого я практически ни с кем не общаюсь, поэтому у меня мало друзей.

Я знаю, что у других людей трудностей гораздо больше, чем у меня, но, я думаю, Вы знаете, что всегда свои проблемы кажутся совершенно неразрешимыми.

У меня возникла идея, что если я стану монахиней, то уйду от всей этой злобы. Кроме того, я не хочу завидовать той, на которой когда – нибудь женится человек, которого я люблю. А это явно когда – то произойдёт. Но потом я подумала: не будет ли это просто лёгким путём?

Если Вы можете что – то мне сказать, ответьте, пожалуйста.

Ответ отца Сергия (Рыбко)

Здравствуйте, N.!

В Ваши 16 лет рановато принимать жизненно-важные решения. Желание уйти в монастырь именно одно из них, потому что туда уходят раз и навсегда. Конечно, допустимо в начале съездить, посмотреть, пожить и потрудиться в качестве паломницы для того, чтобы познакомиться с монастырем, сестрами и самим монашеством. Из Вашего письма видно, что с последним Вы вряд ли знакомы. Поэтому Ваше желание действительно похоже на выбор “легкого пути”. Но легкий путь в монашестве невозможен, Господь обещал всем Своим последователям путь узкий и тернистый, идти которым решаются немногие. Монашество – путь еще более трудный, чем христианство в миру, поэтому иногда он именуется “бескровным мученичеством”.

Ваши представления о монастырях, скорее всего, сформировались из чтения художественной литературы и просмотра кинофильмов. Причем, в большинстве своем, западных, т. е. повествующих о жизни католических монахов. Православное монашество сокровенно, не спешит открывать своих тайн первому встречному. Поэтому в художественной литературе, за очень редким исключением, отсутствуют достоверные образы православных иноков. Духовную же литературу, повествующую о монашеской жизни, написанную самими иноками, Вы, скорее всего, не читали. А если и читали, вряд ли Вам кто-то смог правильно объяснить то, что там написано. Если бы Вы знали, что такое современный женский монастырь, не в Ваших мечтах, а на самом деле, вы вряд ли бы захотели решить Ваши жизненные проблемы путем поступления в него.

В кинофильмах и романах в монастырь уходят, как правило, от несчастной любви или других жизненных невзгод. На самом деле, это заблуждение. Свойственно лжеименному разуму мерить все своими мерками, поэтому и не представляет он, что могут существовать какие-то другие причины, ему не ведомые. Каковы бы ни были невзгоды, монастырская жизнь гораздо тяжелей, требует больших лишений, а главное – самопожертвования и самоотдачи. Такова эта жизнь, что на себя у человека попросту не остается ни времени, ни сил. Поэтому нельзя уйти в монастырь, прежде не поняв, для чего нужна монашеская жизнь, не полюбив ее всем сердцем, несмотря на видимые ее трудности. Как и невозможно уйти в монастырь не полюбив Бога, Которому монах приносит себя в жертву. Жертва заключается в том, что переступив порог святой обители, инок уже не принадлежит себе, но только Богу. Вся его жизнь отныне – непрестанное исполнение заповедей Божиих, или, по-другому – воли Божией.

Если вся наша жизнь – борьба, а это именно так, жизнь христианина – битва против духов злобы поднебесной (Послание св.ап.Павла к Ефесянам, 6; 12), темных демонических сил. Монашество в этой войне – “спецназ”, то есть, иноки – не много не мало, те воины, на долю которых выпадают самые тяжелые, опасные, ответственные “задания”; эти воины должны быть хорошо подготовлены к их исполнению, знать и уметь многое, что простым солдатам не обязательно.

Теперь немного о буднях современного женского монастыря.

Готовы ли Вы ежедневно, без выходных работать по 10-14 часов на коровнике, огороде, стройке, кухне, прачечной, пекарне и. т. д.? Придется выполнять грязную и тяжелую работу, за которую возьмется не всякий мужчина. Хотите Вы или нет, спрашивать не будут! День в монастыре начинается в 5 часов утра, заканчивается в лучшем случае в 23, а иногда и после полуночи. Днем отдохнуть удается в очень редких случаях.

Несколько часов в день у насельника монастыря занимает молитва и богослужение. А это, поверьте мне, не один год прожившему в монастыре, труд ничуть не меньший. Для тех, кто к нему не привык и не полюбил – неподъемный. Вообще-то насельница монастыря обязана совершать молитву непрестанно в уме. Это кроме богослужения, продолжительность которого составляет до восьми часов в день. Но каждый день на богослужение имеют возможность ходить лишь мантийные монахини, т. е. те, над которыми уже совершен постриг. Он совершается не сразу, мантии предшествует несколько лет послушничества. Послушницы обычно ходят лишь на праздничные службы, и то не на все; большей частью они трудятся. В труде проверяется, насколько серьезно их решение, воспитываются качества, необходимые для дальнейшей монашеской жизни.

Питание в монастырях скудное. Мясо есть не положено. Посты соблюдаются строго, в полном объеме. Кроме еженедельной среды и пятницы, в монастырях постятся еще и в понедельник. Постами вкушают пищу только растительного происхождения, иногда – рыбу. Большинство женских монастырей, особенно новооткрытых, очень бедны, поэтому далеко не всегда даже в разрешенные дни могут позволить себе молочные продукты, яйца и рыбу. Пищу вкушают только в трапезной, личных продуктов не имеют. Вообще монах не имеет собственности, кроме самого необходимого.

Сестры за пределы монастыря выходят только по монастырским делам. Иногда можно встретиться с родственниками. В отпуск монахини ездят раз в несколько лет – проведать родителей, но чаще – по святым местам. Живут они по несколько – от двух до четырех – человек в одной келье (комнате). Зарплату в монастыре, разумеется, не получают. Монастырь предоставляет одежду, питание, жилье, все необходимое. В монастыре не читают газет и журналов, не смотрят телевизор, не слушают радио, на редких магнитофонах – только духовные песнопения.

Если Вы думаете, что монахини – Ангелы, ошибаетесь. Они такие же люди со своими недостатками и немощами. Как сказал один из персонажей сказки “Золушка”: “Мы не волшебники, мы только учимся”. Человек приходит в монастырь, чтобы уврачевать свою душу. На это необходимо время. Если некоторые и достигают святости, то на старости лет. Там, где собирается много людей, особенно в женском коллективе, обязательно бывают неурядицы во взаимоотношениях – люди есть люди. Необходимо много мудрости, любви, снисхождения, а главное – терпения, чтобы сохранить мир.

Существуют и другие духовные проблемы, которые Вам будут не совсем понятны. В числе их, например, полное отсутствие духовного руководства в современных монастырях, а значит, возможности получить своевременный разумный совет в сложившейся тяжелой ситуации, внутренней или внешней. Монашескую жизнь называют наукой из наук, а ей кто – то должен учить. Учить – то как раз, как это ни странно, некому. Учатся, так сказать, заочно, по книгам. Обязанности священника ограничены регулярным совершением богослужения. Кроме того, как правило, в женских монастырях служат “белые” (т. е. женатые) священники. Святой преподобный Исаак Сирин говорит, что у желающих жить монашеской жизнью духовным руководителем должен быть обязательно монах, так как белые священники не знают и не понимают этой жизни.

Готовы ли Вы, N., к такой жизни? Не станет ли Вам тяжелее, чем сейчас? Вы, наверное, спросите, для чего же тогда вообще уходят в монастыри? Попытаюсь ответить.

Уходят не все, а избранные. Не может человек принимать на себя ничего, если не будет дано ему с неба (Евангелие от Иоанна, 3; 27). Далеко не все, даже глубоко верующие люди, призваны и способны к такой жизни. Великий учитель монашества 7 – го века прп. Иоанн Лествичник говорит: “Если бы знали, какие скорби ждут монахов, никто никогда не пошел бы в монастыри” – мне, монаху, как никому другому, хорошо известно, что это значит. Но тот же святой говорит дальше: “Если бы знали, какие радости ждут монахов в Царствии Небесном, все, не задумываясь, пошли бы в монастыри”. Добавлю. Не только в Царствии Небесном, но уже здесь, в земной жизни тот, кто проводит подлинно монашескую жизнь, испытывает временами неизреченную благодатную радость. Сначала изредка, потом чаще и сильнее. Радость монаха – Господь, Который посещает его сердце.

“Чем больше прохожу путь жизни и приближаюсь к концу его, тем более радуюсь, что вступил в монашество, тем более воспламеняюсь сердечною ревностью достигнуть той цели, для которой Дух Святой установил в Церкви монашество. Милость из милостей Царя царей, когда Он призовет человека к монашеской жизни, когда в ней дарует ему молитвенный плач и когда причастием Святаго Духа освободит его от насилия страстей и введет в предвкушение вечного блаженства. Оставил я мир не как односторонний искатель уединения или чего другого, но как любитель высшей науки; и эта наука доставила мне все: спокойствие, хладность ко всем земным пустякам, утешение в скорбях, силу в борьбе с собою, доставила друзей, доставила счастье на земле, какого почти не встречал. Религия вместе с этим обратилась для меня в поэзию и держит в непрерывном чудном вдохновении, в беседе с видимым и невидимым мирами, в несказанном наслаждении”, – – пишет свт.Игнатий (Брянчанинов). Но чтобы ощутить эту радость, ее нужно “заработать” тяжелым монашеским трудом.

Михаил Нестеров. Великий постриг

Понять монашескую жизнь и по – настоящему захотеть жить ею может только тот, кто, имея глубокую веру, не один год прежде проводил церковную жизнь: регулярно посещал богослужения, много и часто молился дома, строго соблюдал посты, часто причащался, любит читать духовные книги, совершает паломничества по святым обителям, но самое главное, – строит свои отношения с окружающими в соответствии с Божиими заповедями, изложенными в Евангелии. Для такого человека вера и все, что с ней связано, – главная потребность души. Недостаточно иногда ходить в храм, соблюдать православные обычаи, которым учила бабушка. Недостаточна вера только как культурно – историческая традиция. Она должна быть живой – наполнять всю жизнь человека, все ее проявления без исключения. Наполнять ум, сердце и душу.

Заповедь: Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя (Евангелие от Луки, 10; 27) – должна стать целью жизни, главным ее содержанием. Только тогда возможен серьезный разговор о монашестве. “Прежде чем стать монахом, нужно сделаться совершенным мирянином” (свт. Игнатий Брянчанинов). Это значит, что живя в миру, христианин должен исполнить все заповеди и стяжать добродетели, насколько это возможно в миру. Но и этого мало. Желающий поступить в святую обитель должен уже в миру начать приготовлять себя к монашеской жизни.

Монашеская жизнь есть “житие постническое”, поэтому христианин должен приучать себя к монашескому посту. Употреблять преимущественно простую и недорогую пищу, совсем отказаться от мяса (молодым – и от вина), соблюдать пост в понедельник, приучать себя к воздержанию, не объедаться. Не менее важен пост душевный – воздержание от мирских впечатлений. Желающий стать монахом отказывается от посещения мирских зрелищ и увеселений: баров, дискотек, ресторанов, концертов, театров, фестивалей и т. п. – выставки и музеи допустимы. Ходить в гости, вообще поддерживать знакомства нужно с рассуждением, преимущественно – с людьми благочестивыми. “С преподобным станешь преподобным, с человеком нечестивым – развратишься” (Псалтирь).

Жизнь монаха – непрестанная молитва Богу. Вряд ли сможет проводить такую жизнь тот, кто не позаботился о том, чтобы в миру приобрести молитвенный навык. Молитва – не легкое занятие. Только тот способен жить в монастыре, кто больше всего на свете полюбил молитву и все, что с ней связано: храм, богослужение, духовное чтение, богомыслие. Еще в миру необходимо установить себе молитвенное правило. Оно читается утром и вечером, продолжительностью до одного часа; дольше пока не надо. Днем, если есть время, можно помолиться, сколько будет желания.

Существенную сторону молитвенных занятий выражает апостольская заповедь: непрестанно молитесь (Первое Послание к Фессалоникийцам, 5; 17). Лучше всего исполнять ее читая непрестанную молитву Иисусову: “Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго”. Ее читают всегда, при любых обстоятельствах, с утра до самого вечера, стоя, лежа, на ходу, в транспорте, за едой, при любых занятиях – ходят и повторяют со вниманием, про себя в уме; наедине – вслух или шепотом. Именно для занятий непрестанной молитвой монаху вручаются четки.

Любящий молитву непременно полюбит и храм Божий. Божий дом станет его родным домом. Такой человек ищет всякую возможность лишний раз побывать за богослужением или, если нет службы, хотя бы зайти приложиться к иконам. Естественно, он постарается найти себе при храме работу, чтобы таким образом освободившись от необходимости в миру зарабатывать на жизнь, иметь возможность чаще посещать богослужение. При этом нужно иметь в виду, что православный храм не в состоянии выплачивать большую зарплату. Как правило, она значительно ниже прожиточного уровня.

Особенно же такой человек полюбит Божественную Литургию, так как во время нее совершается Таинство Евхаристии (по – другому Причащения). Хлеб и вино действием Божественной благодати становятся истинными Телом и Кровью Христовыми, причащаясь которых, христианин принимает в свое сердце Самого Сына Божия. Тайна сия велика есть. Вкусивший яко благ Господь, постарается причащаться почаще, несмотря на труд подготовки, состоящий из поста и молитвы.

Все это нужно делать постепенно, не самочинно, т. е. по благословению и под руководством опытного монаха, непременно в священном сане. Один из монашеских обетов есть обет послушания. Монах обязан слушаться монастырское начальство и духовного отца. Без благословения, как в монастыре, так и в жизни монаха, ничего не делается. Отношения между духовником и иноками примерно такие же, как между любящими друг друга родителями и детьми, с той лишь разницей, что в миру иногда дети могут возразить или не послушаться, в духовной же жизни так поступать не принято. Добрый плод такие отношения принесут только тогда, когда будут доверительными, основанными на взаимном уважении и любви.

При кажущейся внешней простоте и легкости, необходим немалый труд, для того, чтобы научиться послушанию. Эта христианская добродетель является одной из основных, особенно значимой в монашестве. Посту, послушанию, как впрочем, и другим монашеским добродетелям лучше начать обучаться заранее, еще находясь в миру. Для этого необходимо поискать духовного руководителя. Найдя духовного отца, с ним необходимо обо всем советоваться, во всем его слушаться, открывать все, касающееся как внутренней жизни, так и внешней, в первую очередь уделяя внимание своим взаимоотношениям с другими людьми. Духовного отца заранее необходимо поискать еще и потому, что может сложиться так, что в монастыре человека, к которому было бы полное доверие в духовных вопросах, не найдется. Святитель Феофан, Затворник Вышенский, еще в 19 – м веке писал, что духовного руководителя лучше найти до вступления в святую обитель, так как в монастыре найти его будет уже затруднительно. Для того чтобы правильно понять, что такое монашеское послушание и остальные монашеские делания, необходимо читать книги Святых Отцов на аскетические темы.

Чтение духовных книг является одним из средств приготовления себя к жизни в монастыре. Читать нужно в первую очередь следующих авторов: преподобных Иоанна Лествичника, Авву Дорофея, Иоанна Кассиана Римлянина, Варсонофия Великого и Иоанна Пророка, Исаака и Ефрема Сиринов. Особенно актуальны творения авторов последнего времени: свт. Игнатия Ставропольского (Брянчанинова), свт. Феофана Затворника, Оптинских старцев, и пока не прославленных: игумена Никона (Воробьева) “Нам оставлено покаяние”, валаамского схиигумена Иоанна (Алексеева) “Загляни в свое сердце”, современных греческих подвижников. Полезны также жизнеописания подвижников благочестия 19 – 20 веков. Прочитанное в миру пригодится еще и потому, что насельник современного монастыря обычно настолько занят послушаниями, что не всегда имеет время на духовное чтение. А сочинения свт. Игнатия (Брянчанинова) важны современному иноку настолько, что советую отложить свое поступление в обитель до тех пор, пока не удастся ознакомиться хотя бы с его книгой “Приношение современному монашеству” (V том “Творений”). До монастыря надо озаботиться приобретением личной библиотеки аскетических творений Святых Отцов, так как в обители такой библиотеки может не оказаться, а средства на приобретение книг вряд ли будут. Имея у себя книги Святых Отцов, насельник не только сам получит неоценимую пользу от чтения, но сможет пользовать и братию, предоставляя свои книги для общего чтения. Личная библиотека необходима, даже если существует библиотека монастырская. Опыт всех, живших в современных монастырях показывает, что духовные книги являются ничем не заменимым советником и утешителем, и поэтому должны всегда быть в келье инока. Книги – единственное богатство монаха, на которое не распространяется обет нестяжания. Подготовить себя к исполнению обета нестяжания можно приучив себя в личной жизни пользоваться только необходимыми вещами, избегая излишеств. Не менее важно на все траты, способы заработать денежные средства и операции с ними брать благословение своего духовного отца. Это поможет хотя бы частично избежать излишних попечений, смущений ума и расстройств, которые неизбежны в денежных вопросах.

Советы, здесь данные, будут полезны не только человеку, готовящему себя к монашеству, но пригодятся и любому, независимо от того, пойдет ли потом человек в монастырь, или нет. Но в первую очередь, N., я кратко изложил по Вашей просьбе, что нужно тому, кто хочет уйти в монастырь. А для того, чтобы стать настоящей монахиней – нужно еще больше. Что именно – наверное, здесь говорить рано; об этом написаны многие тома, которые могут составить целую библиотеку. Наверное, прочитав это письмо, Вы поймете, что Ваше желание уйти в монастырь преждевременно, во многом происходит от незнания. Скорее всего, это был порыв души, который уже прошел. Если же Вы еще не разочаровались, Вы мужественный человек.

Давайте попробуем подумать, что же реально можно предпринять в Вашей ситуации. Во – первых, не нужно принимать скорых решений, которые, как правило, оказываются опрометчивыми. Плата за жизненные ошибки – скорби. Их и так хватает, не стоит умножать. Правильные решения, как и целебные плоды, вызревают долго. Они зависят от многого, в частности – от перемены обстоятельств, в которых необходимо научиться терпеливо выжидать. В любом случае, поучитесь терпению, – – пригодится всегда. Терпеливый человек – первый мудрец. В терпении научитесь прощать, особенно, людей, которые Вас любят, хотя иногда в своей любви и проявляют неразумие. За любовь прощают многое.

Из сложившихся обстоятельств нетрудно понять, что невзгоды неизбежны, а земное счастье переменчиво. Да и многие ли находят его? Кроме этой жизни, ее счастья и удовольствий, богатств и наслаждений, есть другая жизнь – жизнь души, которая протекает хоть и в некоторой зависимости от жизни земной, однако, по своим духовным законам. Жизнь человека не может быть полноценной, а, значит, счастливой, если духовные законы в ней не учитываются. Они изложены в книге “Новый Завет”, по – другому – “Евангелие”. Потрудитесь с ней ознакомиться. Эта книга читается не один раз. Мудрые люди перечитывают ее постоянно, имеют рядом с собой. Она – первый и лучший советник. Прочитав Евангелие, возможно, Вы захотите прочитать и другие духовные книги, которые помогут найти ответы на многие жизненные вопросы.

Хорошо бы также, Наташа, Вам начать молиться дома и ходить в церковь. В храм нужно стараться ходить каждое воскресенье и в большие праздники, стоять всю службу. Там можно не только помолиться, можно также спросить совет у священника, из Ваших сверстников найти себе добрых друзей, а возможно, и такого человека, который потом разделит с Вами жизненный путь. Ведь там собираются люди, в том числе и молодые, для которых главное в жизни – возлюби ближнего, как самого себя. Как же это отличается от модной современной морали: “возлюби самого себя и любой ценой заставь любить тебя других!” Простите за многословие. Может быть, Вы не совсем будете согласны, но надеюсь, что написанное хоть в чем – то поможет Вам.

С любовью о Христе, иеромонах Сергий.
Письмо второе

Здравствуйте, Татьяна!

Радостно слышать, что в наши времена кто-то желает встать на путь монашеской жизни. Особенно отрадно, что этот человек достаточно юного возраста. Подобно Вам, я в девятнадцатилетнем возрасте связал свою жизнь с церковью, поступив в храм работать псаломщиком – было это в 1979 году. Как и Вы, особенно полюбил Литургию. Через два года получил благословение на монашеский путь жизни от своего духовного отца. Но осуществить мое желание удалось только в 1988 г. с открытием Оптиной Пустыни, куда я и поступил.

Оглядываясь назад на пройденный путь, не жалею ни о чем, кроме некоторых ошибок и грехов. Сейчас поступил бы точно также. Но к моему личному опыту монаха могу теперь приложить и опыт священника, который позволяет ознакомиться с внутренним миром других людей, многие из которых либо уже встали, либо хотят встать на монашеский путь. К сожалению, достаточно таких, кто, сделав такую попытку, впоследствии ушел в мир, а некоторые даже оставили церковь. В некоторых случаях причина заключалась в том, что эти люди преждевременно уходили в монастырь, не будучи еще готовыми. А некоторые уходили без Божией воли по душевной кровяной ревности, руководствуясь советами духовников, не имевших права давать подобные советы, порой просто прельщенных. Кончалось трагедией, поломанной жизнью, особенно если человек успевал принять постриг. “Не может человек принимать на себя ничего, если не будет дано ему свыше”.

В некоторых случаях поступившие в обитель разочаровывались существующими порядками, которые не соответствовали их представлениям о монастыре. Представления были мечтательными, составленными человеком на основании прочитанных книг или услышанных восторженных рассказов. Со времен древних отцов изменилось много, если не сказать почти все. “Человек, не приметивший этих изменений, изменений не в сущности, а в обстановке, имеющей на сущность существенное влияние, поставляется тем самым в ложное положение” (свт. Игнатий (Брянчанинов), т. 5).

Чтобы сейчас богоугодно уйти в монастырь, необходимо вначале получить опыт и познание того, в чем собственно заключается монашество. Что это такое? Отличается ли современное монашество и современный монастырь от монашества древнего и в чем? Отличается ли подвиг монаха сегодняшних дней от подвига древних и насколько? Никто, Таня, на эти вопросы дать не сможет, поверьте мне! До всего придется доходить самой, в лучшем случае, с помощью книг. Носителя живого монашеского предания, настоящего подвижника, истинного монаха, последователя святоотеческого учения о спасении, в наше время встретить весьма трудно, почти не представляется возможным. Не гарантирует это ни громкое название монастыря, ни известность подвизавшихся там ранее святых подвижников. Несмотря на кажущееся обилие людей в монашеских рясах, многочисленные открытые монастыри (их сейчас свыше шестисот), это именно так. Особенно тяжелое положение в монашестве женском. Несмотря на сотни женских монастырей, ни один из них (!) не соответствует, по моему мнению, святоотеческому пониманию монашества. Дай Бог, чтобы я был неправ. Но монахи и монахини все-таки есть. Дай Бог Вам их когда-нибудь встретить на Вашем пути.

Как же понять, что такое монашество? Прежде всего, обратитесь к книгам, тем из них, которые написаны самими монахами, особенно причисленными к лику святых. Хорошее начало составят: свт. Игнатий (Брянчанинов) “Аскетические опыты” (т. 1), “Аскетическая проповедь” (т. 4), “Приношение современному монашеству” (т. 5), “Письма”; свт. Феофан Затворник: “Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться?”, “Путь ко спасению”, различные издания его писем о духовной жизни; письма Оптинских старцев, особенно прп. Амвросия; из современных – “Нам оставлено покаяние” иг. Никона (Воробьева) (+1963), “Загляни в свое сердце” схиигумен Иоанн (Алексеев) (+1958); из древних полезны “Лествица” прп. Иоанна Лествичника и поучения прп. Аввы Дорофея. Возможно, что достать эти книги получится не сразу, но постарайтесь, т. к. они крайне нужны, и не только сейчас. Их необходимо приобрести любой ценой и не расставаться в течение всей жизни.

При чтении возникнет множество вопросов. Не спешите задавать их белому священнику. “Желающим жить монашеской жизнью, духовного руководителя нужно искать из монашествующих, т. е. белые священники не знают и не понимают этой жизни” (прп. Исаак Сирин). К сожалению, не всякий монах способен ныне дать грамотный совет. При возможности посетите монастыри. Преимущественно мужские, женские не советую. Боюсь, что в женских Вы можете получить искаженное представление о монашеском подвиге. При возможности, поддерживайте общение с монашествующими. Но самое главное, молите Бога, чтобы открыл Свою волю – есть ли она на то, чтобы Вам избрать монашеский путь жизни, когда и где это делать, как себя готовить.

С любовью о Христе, иеромонах Сергий.

Словарь Правмира – Монастырь, монашество

Как живут монахини, что делают, выходят ли за пределы монастыря?

Daiva Kučinskaitė 203 3 года назад «и Дарья» в «Роман и Дарья Нуриевы»

Кое-кто довольно комфортно, с возможностью серфинга по Интернету и пиара христианства вообще и монашества в частности. А те, кому повезло меньше — как в тоталитарной секте. Заманиваются в монастырь обманом, нагружаются работой, недоедают, недосыпают и ломаются с помощью изощренных публичных унижений. О таком горьком опыте на днях были опубликованы мемуары Марии Кикоть: «Исповедь бывшей послушницы»:

В ее Живом Журнале опубликованы 43 главы воспоминаний о жизни в Свято-Никольском Черноостровском монастыре РПЦ МП. Мария нашла в себе силы не сломаться и вырваться оттуда после 4 лет монастырской жизни. А вот среди оставшихся мне больше всего жалко детей: многие женщины уходят в этот монастырь вместе с детьми.

«»Мам» в монастыре было довольно много, чуть ли не треть от всех сестер монастыря. Мать Косма тоже была когда-то «мамой», но теперь дочка выросла, и м.Косму постригли в иночество. «Мамы» — это женщины с детьми, которых их духовники благословили на монашеский подвиг. Поэтому они пришли сюда, в Свято-Никольский Черноостровский монастырь, где есть детский приют «Отрада» и православная гимназия прямо внутри стен монастыря. Дети здесь живут на полном пансионе в отдельном здании приюта, учатся, помимо основных школьных дисциплин, музыке, танцам, актерскому мастерству. Хотя приют считается сиротским, чуть ли не треть детей в нем отнюдь не сироты, а дети с «мамами». «Мамы» находятся у игумении Николаи на особом счету. Они трудятся на самых тяжелых послушаниях (коровник, кухня, уборка) не имеют, как остальные сестры, час отдыха в день, то есть трудятся с 7 утра и до 11-12 ночи без отдыха, монашеское молитвенное правило у них также заменено послушанием (работой), Литургию в храме они посещают только по воскресеньям. Воскресенье — единственный день, когда им положено 3 часа свободного времени днем на общение с ребенком или отдых. У некоторых в приюте живут не один, а два, у одной «мамы» было даже три ребенка. На собраниях Матушка часто говорила таким:

— Ты должна работать за двоих. Мы растим твоего ребенка. Не будь неблагодарной!

Часто «мам» наказывали в случае плохого поведения их дочек. Этот шантаж длился до того момента, пока дети вырастут и покинут приют, тогда становился возможен иноческий или монашеский постриг «мамы».

У Харитины в приюте была дочка Анастасия, совсем маленькая, тогда ей было примерно 1,5 — 2 годика. Я не знаю ее истории, в монастыре сестрам запрещено рассказывать о своей жизни «в миру», не знаю, каким образом Харитина попала в монастырь с таким маленьким ребенком. Я даже не знаю ее настоящего имени. От одной сестры я слышала про несчастную любовь, неудавшуюся семейную жизнь и благословение старца Власия на монашество. Большинство «мам» попали сюда именно так, по благословению старца Боровского монастыря Власия (Перегонцева) или старца Оптиной Пустыни Илия (Ноздрина). Эти женщины не были какими-то особенными, многие до монастыря имели и жилье, и хорошую работу, некоторые были с высшим образованием, просто в сложный период своей жизни они оказались здесь. Целыми днями эти «мамы» трудились на тяжелых послушаниях, расплачиваясь своим здоровьем, пока детей воспитывали чужие люди в казарменной обстановке приюта. На больших праздниках, когда в монастырь приезжал наш митрополит Калужский и Боровский Климент, или другие важные гости, маленькую дочку Харитины в красивом платьице поводили к ним, фотографировали, она с двумя другими маленькими девочками пела песенки и танцевала. Пухленькая , кудрявая, здоровенькая, она вызывала всеобщее умиление.

Харитине Игумения запрещала часто общаться с дочкой, по ее словам это отвлекает от работы, и к тому же остальные дети могли завидовать…»

«Исповедь бывшей послушницы»: как живут в монастыре женщины с детьми

«Исповедь бывшей послушницы» была написана Марией Кикоть не для публикации и даже не столько для читателей, сколько прежде всего для себя, с терапевтическими целями. Но повесть мгновенно срезонировала в православном рунете и, как многие заметили, произвела эффект бомбы.

История девушки, прожившей несколько лет в одном из известных российских женских монастырей, и ее исповедь совершила переворот в сознании многих людей. Книга написана от первого лица и посвящена, пожалуй, самой закрытой теме — жизни в современном монастыре. В ней много интересных наблюдений, рассуждений о монашестве и сходстве церковных структур с сектой. Но наше внимание привлекла глава, посвященная тем, кто ушел в монастырь… и взял с собой детей.

Мария Кикоть в своей книге «Исповедь бывшей послушницы» без прикрас описывает жизнь в монастыре, оставляя за читателем право делать выводы самостоятельно

«Поскольку подъем для нас был в 7, а не в 5 утра, как у сестер монастыря, нам не полагалось днем никакого отдыха, посидеть и отдохнуть мы могли только за столом во время трапезы, которая длилась 20–30 минут.

Весь день паломники должны были быть на послушании, то есть делать то, что говорит специально приставленная к ним сестра. Эту сестру звали послушница Харитина, и она была вторым человеком в монастыре — после матери Космы, — с которым мне довелось общаться. Неизменно вежливая, с очень приятными манерами, с нами она была все время какая-то нарочито бодрая и даже веселая, но на бледно-сером лице с темными кругами у глаз читалась усталость и даже изможденность. На ее лице редко можно было увидеть какую-либо эмоцию, кроме все время одинаковой полуулыбки.

Мамы детей, которые растут в монастырском приюте, находятся на особом положении. Они отдыхают всего три часа в неделю, в воскресенье

Харитина давала нам задания, что нужно было помыть и убрать, обеспечивала нас тряпками и всем необходимым для уборки, следила, чтобы мы все время были заняты. Одежда у нее была довольно странная: вылинявшая серо-синяя юбка, такая старая, как будто ее носили уже целую вечность, не менее ветхая рубашка непонятного фасона с дырявыми рюшечками и серый платок, который когда-то, наверное, был черным. Она была старшая на «детской», то есть была ответственна за гостевую и детскую трапезные, где кормили детей монастырского приюта, гостей, а также устраивали праздники. Харитина постоянно что-то делала, бегала, сама вместе с поваром и трапезником разносила еду, мыла посуду, обслуживала гостей, помогала паломникам.

Дети в приюте «Отрада» живут на полном пансионе, учатся, помимо основных школьных дисциплин, музыке, танцам, актерскому мастерству

Жила она прямо на кухне, в маленькой комнатке, похожей на конуру, расположенной за входной дверью. Там же, в этой каморке, рядом со складным диванчиком, где она спала ночью, не раздеваясь, свернувшись калачиком, как зверек, складировались в коробках различные ценные кухонные вещи и хранились все ключи.

Позже я узнала, что Харитина была «мамой», то есть не сестрой монастыря, а скорее чем-то вроде раба, отрабатывающего в монастыре свой огромный неоплатный долг. «Мам» в монастыре было довольно много, около половины всех сестер монастыря.

«Мамы» — это женщины с детьми, которых их духовники благословили на монашеский подвиг. Поэтому они пришли сюда, в Свято-Никольский Черноостровский монастырь, где есть детский приют «Отрада» и православная гимназия прямо в стенах монастыря. Дети здесь живут на полном пансионе в отдельном здании приюта, учатся, помимо основных школьных дисциплин, музыке, танцам, актерскому мастерству. Хотя приют считается сиротским, чуть ли не треть детей в нем отнюдь не сироты, а дети с «мамами».

«Мамы» находятся у игумении Николаи на особом счету. Они трудятся на самых тяжелых послушаниях (коровник, кухня, уборка) и не имеют, как остальные сестры, часа отдыха в день, то есть трудятся с 7 утра и до 11–12 ночи без отдыха, монашеское молитвенное правило у них также заменено послушанием (работой). Литургию в храме они посещают только по воскресеньям. Воскресенье — единственный день, когда им положено 3 часа свободного времени днем на общение с ребенком или отдых. У некоторых в приюте живут не один, а два, у одной «мамы» было даже три ребенка. На собраниях Матушка часто говорила таким: «Ты должна работать за двоих. Мы растим твоего ребенка. Не будь неблагодарной!»

Многие «мамы» до монастыря имели и жилье, и хорошую работу, алкоголичек и наркоманок здесь нет

У Харитины в приюте была дочка Анастасия, совсем маленькая, тогда ей было примерно полтора-два годика. Я не знаю ее истории, в монастыре сестрам запрещено рассказывать о своей жизни «в миру», не знаю, каким образом Харитина попала в монастырь с таким маленьким ребенком. Я даже не знаю ее настоящего имени. От одной сестры я слышала про несчастную любовь, неудавшуюся семейную жизнь и благословение старца Власия на монашество.

«Мамам» достается самая тяжелая работа и их постоянно напоминают о том, что они должны работать за двоих — за себя и ребенка

Большинство «мам» попали сюда именно так, по благословению старца Боровского монастыря Власия или старца Оптиной пустыни Илия (Ноздрина). Эти женщины не были какими-то особенными, многие до монастыря имели и жилье, и хорошую работу, некоторые были с высшим образованием, просто в сложный период своей жизни они оказались здесь. Целыми днями эти «мамы» трудились на тяжелых послушаниях, расплачиваясь своим здоровьем, пока детей воспитывали чужие люди в казарменной обстановке приюта.

Приют «Отрада» при Свято-Никольском Черноостровском монастыре. Как минимум треть воспитанников в нем вовсе не сироты

На больших праздниках, когда в монастырь приезжал наш митрополит Калужский и Боровский Климент (Капалин), или другие важные гости, маленькую дочку Харитины в красивом платьице подводили к ним, фотографировали, она с двумя другими маленькими девочками пела песенки и танцевала. Пухленькая, кудрявая, здоровенькая, она вызывала всеобщее умиление.

Часто «мам» наказывали в случае плохого поведения их дочек. Этот шантаж длился до того момента, пока дети не вырастут и не покинут приют, тогда становился возможен иноческий или монашеский постриг «мамы».

Харитине игумения запрещала часто общаться с дочкой: по ее словам, это отвлекало от работы, и к тому же остальные дети могли завидовать.

А вы согласны с автором, которая считает, что современные монастыри похожи на секту?

Истории всех этих «мам» вызывали у меня всегда возмущение. Редко это были какие-то неблагополучные мамы, у которых нужно было забирать детей в приют.

Алкоголичек, наркоманок и бомжей в монастыри не принимают. Как правило, это были обычные женщины с жильем и работой, многие с высшим образованием, у которых не сложилась семейная жизнь с «папами» и на этой почве поехала крыша в сторону религии.

Но ведь духовники и старцы существуют как раз для того, чтобы направлять людей на правильный путь, попросту «вправлять людям мозги». А получается наоборот: женщина, у которой есть дети, возомнив себя будущей монахиней и подвижницей, идет к такому духовнику, а он вместо того, чтобы объяснить ей, что ее подвиг как раз и заключается в воспитании детей, благословляет ее в монастырь. Или, еще хуже, настаивает на таком благословении, объясняя это тем, что в миру трудно спастись.

Потом говорят, что эта женщина добровольно избрала этот путь. А что значит «добровольно»? Мы же не говорим, что люди, попавшие в секты, добровольно туда попали? Здесь эта добровольность очень условна. Сколько угодно можно нахваливать приюты при монастырях, но по сути это же все те же детские дома, как казармы или тюрьмы с маленькими заключенными, которые не видят ничего, кроме четырех стен.

Как можно отправить туда ребенка, у которого есть мама? Сирот из обычных детских домов могут усыновить, взять в приемную семью или под опеку, особенно маленьких, они находятся в базах данных на усыновление. Дети из монастырских приютов этой надежды лишены — ни в одной базе их нет. Как вообще можно благословлять женщин с детьми в монастыри? Почему нет никакого законодательства, которое бы запрещало это делать горе-духовникам и старцам, а игумениям, как мать Николая, их с удовольствием эксплуатировать? Несколько лет назад вышло какое-то правило, запрещающее постригать в иночество или монашество послушниц, у которых дети не достигли 18 лет. Но это ничего не изменило».

Как я ушла в монастырь. Личный опыт

Поиски

Мария Кикоть, 37 лет

В монастырь люди уходят по разным причинам. Одних туда приводит общая неустроенность в миру. Других — религиозное воспитание, и они, как правило, считают путь монаха лучшим для человека. Женщины довольно часто принимают такое решение из-за проблем в личной жизни. У меня все было немного иначе. Вопросы веры занимали меня всегда, и однажды… Но обо всем по порядку.

Мои родители врачи, отец — хирург, мама — акушер-гинеколог, и я тоже закончила медицинский институт. Но доктором так и не стала, меня увлекла фотография. Я много работала для глянцевых журналов, была довольно успешна. Больше всего мне тогда нравилось снимать и путешествовать.

Жизнь после 50: реальный опыт

Мой молодой человек увлекался буддизмом и заразил этим меня. Мы много ездили по Индии и Китаю. Было интересно, но я не погружалась в веру «с головой». Искала ответы на волновавшие меня вопросы. И не находила. Потом заинтересовалась цигуном — своеобразной китайской гимнастикой. Но со временем прошло и это увлечение. Мне хотелось чего-то более сильного и захватывающего.

Как-то мы с подругой ехали на съемку и случайно остановились переночевать в православном монастыре. Неожиданно мне предложили подменить тамошнего повара. Я люблю такие вызовы! Согласилась и проработала на кухне две недели. Так в мою жизнь вошло православие. Я начала регулярно ходить в храм возле дома. После первой исповеди чувствовала себя замечательно, так спокойно она прошла. Заинтересовалась религиозными книгами, изучала био­графии святых, соблюдала посты… Погрузилась в этот мир с головой и однажды поняла, что хочу большего. Я решила уйти в монастырь. Отговаривали все, включая батюшку, но старец, к которому я поехала, благословил на послушание.

Стать волонтером: реальные истории

В монастырь я приехала промокшей с головы до ног, замерзшей и голодной. На душе было тяжело, в конце концов, не каждый день так круто меняешь свою жизнь. Я, как и любой нормальный человек, надеялась, что меня накормят, успокоят и, главное, выслушают. Но вместо этого мне запретили разговаривать с монахинями и отправили спать без ужина. Я расстроилась, конечно, но правила есть правила, тем более речь шла об одном из самых строгих монастырей России.

У настоятельницы был личный повар. Она лицемерно сетовала, что из-за диабета вынуждена есть лосось со спаржей, а не наши серые сухари

Особая зона

Монастырем управляла сильная, властная и, как оказалось, очень влиятельная женщина. Во время первой встречи она была приветлива, улыбалась, рассказывала, по каким законам идет жизнь в обители. Уточнила, что ее нужно называть матушкой, остальных — сестрами. Тогда показалось, что она отнеслась ко мне по-матерински снисходительно. Я поверила, что все живущие в монастыре — одна большая семья. Но увы…

Это было царство бессмысленных ограничений. За столом не позволялось без разрешения притрагиваться к еде, нельзя было просить добавки, есть второе, пока все не доедят суп. Странности касались не только трапез. Нам запрещали дружить. Да что там, мы не имели права даже разговаривать друг с другом. Это, не поверите, считалось блудом. Постепенно я поняла: все так устроено для того, чтобы сестры не могли обсуждать настоятельницу и монастырский уклад. Матушка боялась бунта.
Я пыталась практиковать смирение. Когда меня что-то пугало, думала, что просто вера моя пока слаба, а никто не виноват.

Дальше — больше. Я заметила, что во время трапез обязательно кого-нибудь отчитывают. По самым незначительным поводам («взяла ножницы и забыла отдать») или вовсе без них. Надо понимать, что, согласно церковному регламенту, подобные разговоры должны происходить с глазу на глаз: твой наставник не только ругает, но
и выслушивает, предлагает помощь, учит не поддаваться искушениям. У нас же все превращалось в жесткие публичные разборки.

Справиться с выпадением волос: реальный опыт

Есть такая практика — «помыслы». У монахов принято записывать все сомнения и страхи на бумаге и отдавать их духовнику, который даже не должен жить в том же монастыре. Мы свои помыслы писали, конечно же, настоятельнице. Когда я впервые это сделала, матушка зачитала мое письмо на общей трапезе. Мол, «послушайте, какие у нас тут дурочки живут». Прямо рубрика «анекдот недели». Я чуть не расплакалась прямо при всех.

Питались мы тем, что жертвовали прихожане или близлежащие магазины. Как правило, нас кормили просроченными продуктами. Все то, что производили в обители, матушка дарила вышестоящим церковнослужителям.

Иногда игуменья приказывала есть чайной ложкой. Время трапезы было ограничено — всего 20 минут. Сколько ты там успеешь съесть за это время? Я очень сильно похудела

Быть послушницей

Постепенно жизнь в монастыре стала напоминать мне каторгу, ни о какой духовности я уже и не вспоминала. В пять утра подъем, гигиенические процедуры, извините, в тазике (душ под запретом, это же удовольствие), потом трапеза, молитва и тяжкий труд до глубокой ночи, затем снова молитвы.

Понятно, что монашество не курорт. Но ощущение постоянного надлома тоже не кажется нормальным. Сомневаться в правильности послушании нельзя, допускать мысль о том, что настоятельница неоправданно жестока, — тоже.

Личный опыт: ребенок попал в секту

Здесь поощрялись доносы. В форме тех самых «помыслов». Вместо того, чтобы говорить о сокровенном, надлежало жаловаться на других. Я не могла ябедничать, за что бывала неоднократно наказана. Наказание в монастыре — это публичный выговор с участием всех сестер. Они обвиняли жертву в выдуманных грехах, а затем настоятельница лишала ее причастия. Самой страшной карой считалась ссылка в скит — монастырь в глухой деревне. Я эти ссылки полюбила. Там можно было немного отдохнуть от чудовищного психологического давления и перевести дух. Добровольно попроситься в скит не могла — меня бы тут же заподозрили в страшном заговоре. Впрочем, виноватой я становилась часто, поэтому в глушь ездила регулярно.

Многие послушницы принимали сильные транквилизаторы. Есть что-то странное в том, что примерно треть обитателей монастыря психически нездоровы. Истерики монахинь «лечились» визитами к православному психиатру — по­друге настоятельницы. Та выписывала сильнейшие лекарства, превращавшие людей в овощи.

Многие спрашивают, как в монастыре борются с сексуальным искушением. Когда ты постоянно находишься под жестким психологическим давлением и пашешь с утра до ночи на кухне или в коровнике, желаний не возникает.

Личный опыт: история домашнего насилия

Дорога назад

Я прожила в монастыре семь лет. После череды интриг и доносов, незадолго до предполагаемого пострига у меня сдали нервы. Я не рассчитала, приняла убойную дозу лекарства и попала в больницу. Полежала там пару дней и поняла, что обратно не вернусь. Это было трудное решение. Послушники боятся покидать монастырь: им внушают, что это предательство Бога. Пугают страшной карой — болезнью или внезапной смертью близких.

По дороге домой остановилась у своего духовника. Выслушав меня, он посоветовал покаяться и взять вину на себя. Скорее всего, он знал о том, что происходит в монастыре, но дружил с настоятельницей.

Постепенно я возвращалась к мирской жизни. После долгих лет, проведенных в изоляции, заново привыкать к огромному шумному миру очень тяжело. Поначалу мне казалось, что на меня все смотрят. Что я совершаю один грех за другим, а вокруг и вовсе творятся бесчинства. Спасибо родителям и друзьям, которые помогали мне всем, чем только можно. По-настоящему я освободилась, когда написала о пережитом в интернете. Постепенно я выкладывала свою историю в ЖЖ. Это стало отличной психотерапией, я получила много откликов и поняла, что не одинока.

Примерно через год монастырской жизни у меня пропали месячные. Так было и у других послушниц. Организм просто не выдерживал нагрузки, начинал сбоить

В результате из моих зарисовок сложилась книга «Исповедь бывшей послушницы». Когда она вышла, реакции были разными. К моему удивлению, меня поддержало много послушниц, монахинь и даже монахов. «Так все и обстоит», — говорили они. Конечно, были и те, кто осудил. Число статей, в которых я предстаю то «редакторским вымыслом», то «неблагодарным чудовищем», перевалило за сотню. Но я была к этому готова. В конце концов, люди имеют право на свою точку зрения, а мое мнение не истина в последней инстанции.

Прошло время, и теперь я точно знаю, что проблема не во мне, виновата система. Дело не в религии, а в людях, которые трактуют ее таким извращенным образом. И еще: благодаря этому опыту я поняла, что всегда надо доверять своим чувствам и не пытаться увидеть в черном белое. Его там нет.

Личный опыт: истории про любовь и женское счастье

Другая дорога

Эти женщины однажды устали от мирской суеты и решили все поменять. Не все они стали монахинями, но жизнь каждой теперь тесно связана с церковью.

Ольга Гобзева. Звезда фильмов «Операция «Трест» и «Портрет жены художника» в 1992 году приняла постриг. Сегодня матушка Ольга — игуменья Елисаветинского женского монастыря.

Аманда Перез. Несколько лет назад знаменитая испанская модель без сожалений бросила подиум и ушла в монастырь. Возвращаться не собирается.

Екатерина Васильева. В 90-х актриса («Шальная баба») ушла из кино и служит звонарем в храме. Изредка снимается в сериалах вместе с дочерью Марией Спивак.

Добавить комментарий

Закрыть меню