Святой войно ясенецкий

Святитель Лука Войно-Ясенецкий. Скальпель на иконе

На многих иконах, особенно греческих, святитель Лука изображен с хирургическими инструментами в руках.

В 2000 году на юбилейном Архиерейском Соборе РПЦ в Собор новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания было внесено имя человека, которого знают как выдающегося ученого и всемирно известного хирурга, профессора медицины, духовного писателя, богослова, мыслителя, исповедника, автора 55-ти научных трудов и 12 томов проповедей. Его научные труды по гнойной хирургии и в наши дни остаются настольными книгами хирургов.

Имея талант художника, он мог вести богемный образ жизни, пачкая руки лишь красками, а стал «мужицким врачом», священником, жертвой политических репрессий. Он мог выставлять свои картины в лучших залах мира, но сознательно выбрал путь служения простым людям, путь, полный страданий, крови, пота и гноя. Этот путь принес ему не богатство и почести, а аресты, каторги и ссылки, самая дальняя из которых была в 200 километрах от Полярного круга. Но даже во время ссылок он не оставлял научную деятельность и сумел разработать новый метод лечения гнойных ран, который помог спасти тысячи жизней во время Великой Отечественной войны.

Сталинская премия – детям

Отсидев 11 лет в сталинских лагерях, архиепископ-хирург был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», высшей церковной наградой – правом носить на клобуке алмазный крест – и Сталинской премией первой степени по медицине.

В 1946 году, став архиепископом Симферопольским и Крымским и получив эту высокую государственную награду, он из 200 тысяч рублей премии 130 тысяч перечислил в помощь детям, пострадавшим в войну.

В начале войны епископ Лука послал телеграмму М.И. Калинину с просьбой прервать очередную ссылку и направить его для работы в госпиталь на фронте или в тылу: «Являясь специалистом по гнойной хирургии, могу оказать помощь воинам… По окончании войны готов вернуться в ссылку».

Ответ пришел незамедлительно. В конце июля его перевели в мой родной Красноярск, назначив консультантом всех госпиталей Красноярского края и главным хирургом эвакогоспиталя № 1515. Благодаря его блистательным операциям тысячи солдат и офицеров вернулись в строй.

После 10-11 часов в операционной он шел домой и молился, ибо в городе с многотысячным населением не было ни одного действующего храма.

Жил архиерей в сырой холодной комнате и постоянно голодал, т.к. на госпитальной кухне профессора начали кормить лишь с весны 1942 года, а отоваривать карточки ему было некогда. Благо, санитарки тайком оставляли ему кашу.

Коллеги вспоминали, что смотрели на него как на Бога: «Он многому научил нас. Остеомиелиты, кроме него, никто оперировать не мог. А гнойных ведь было – тьма! Он учил и на операциях, и на своих отличных лекциях».

По вере вашей

Святитель Лука Войно-Ясенецкий: “Раненые салютовали мне… ногами”

Приезжавший инспектор всех эвакогоспиталей профессор Н.Н. Приоров отмечал, что нигде он не видел таких блестящих результатов лечения инфекционных ранений суставов, как у владыки Луки. Его отметили грамотой и благодарностью Военного совета Сибирского военного округа. «Почет мне большой, – писал он в то время, – когда вхожу в большие собрания служащих или командиров, все встают».

«Раненые офицеры и солдаты очень любили меня, – писал профессор, у которого остались светлые и радостные воспоминания о тех военных годах. – Когда я обходил палаты по утрам, меня радостно приветствовали раненые. Некоторые из них… неизменно салютовали мне высоко поднятыми ногами».

В ссылке. Село Б.Мурта, Красноярского края, 1941г.

В Красноярском крае святитель-хирург находился в ссылке дважды – в начале 1920-х годов и на рубеже 1930-1940 годов. Из Красноярска владыка писал сыну: «Я полюбил страдание, так удивительно очищающее душу». Как уроженка Красноярска я с гордостью узнала из книги В.А. Лисичкина «Военный путь святителя Луки (Войно-Ясенецкого)», что именно в моем родном городе епископ Лука стал архиепископом Красноярским и постоянным членом Священного Синода.

5 марта 1943 года он пишет сыну очень светлое письмо: «Господь послал мне несказанную радость. После 16-ти лет мучительной тоски по церкви и молчания отверз Господь снова уста мои. Открылась маленькая церковь в Николаевке, предместье Красноярска, а я назначен архиепископом Красноярским…». «Священный Синод при Местоблюстителе Патриаршего престола митрополите Сергии приравнял мое лечение раненых к доблестному архиерейскому служению и возвел меня в сан архиепископа». Думаю, это уникальный случай в истории РПЦ.

Когда он покидал красноярскую кафедру, моей маме было 5 лет, но бабушка, работавшая в Красноярске почтальоном, не могла не слышать о владыке-хирурге, сосланном в Красноярский край (в село Большая Мурта). Я родилась в Красноярске уже после смерти святителя Луки. Уезжая после окончания школы из родного города, я понятия не имела ни о Боге, ни о том, был ли на тот момент открыт хотя бы один храм. Помню лишь возвышающуюся над городом часовенку, которую можно видеть на десятирублевых банкнотах.

Рада, что 15 ноября 2002 года мои земляки установили в центре Красноярска бронзовый памятник, изображающий архиепископа Луку с молитвенно сложенными руками. Это третий по счету памятник после Тамбова и Симферополя. Но к нему могут прийти лишь красноярцы или гости города. А вот к другому «Святителю Луке» – «поезду здоровья» с вагоном-храмом за врачебной и духовной помощью приходят жители Красноярского края и Хакасии.

Как же ждут люди эту поликлинику на колесах, гордо носящую имя одного из самых выдающихся деятелей русской медицины и Русской Православной Церкви! Церкви, представителей которой советская власть десятилетиями уничтожала, расстреливая, ссылая в лагеря, сажая в тюрьмы. Но далеко не всех обитателей сталинских лагерей эта же власть потом награждала высочайшими государственными наградами.

Святитель Лука Войно-Ясенецкий. Художник в анатомии и хирургии

Впервые я узнала о святителе Луке во время паломнической поездки по Крыму, будучи уже взрослым человеком. Позже прочитала, что святитель Лука, по молитвам к которому до сих пор получают исцеления люди, больные самыми разными болезнями, в том числе онкологическими, родился 27 апреля (9 мая по новому стилю) 1877 года в Керчи в многодетной семье аптекаря Феликса Станиславовича, происходившего из древнего русского дворянского рода. При крещении младенца нарекли Валентином (что значит «сильный, крепкий») в честь священномученика Валентина Интерамского, получившего от Господа дар врачевания и ставшего затем священником. Подобно своему небесному покровителю он стал и врачом, и священнослужителем.

Архиепископ Тамбовский Лука, Тамбов, 1944 г.

А Лукой будущий святитель был назван при монашеском постриге в честь святого апостола Луки – врача и художника-иконописца.

Этот удивительный человек за свою 84-летнюю жизнь спас огромное количество безнадежных больных, причем многих из них он помнил в лицо и по фамилии. Такой «человеческой хирургии» владыка учил и своих учеников. «Для хирурга не должно быть «случая», – говорил он, – а только живой страдающий человек». Ради этого страдающего человека Валентин Феликсович и пожертвовал своей юношеской мечтой – стать художником.

После окончания в Киеве гимназии и художественного училища во время вступительных экзаменов в Петербургскую Академию художеств он вдруг решил, что не вправе заниматься тем, что ему нравится, «но обязан заниматься тем, что полезно для страдающих людей», т.е. медициной, т.к. именно в медицинской помощи нуждалась российская глубинка.

Впрочем, он все же стал художником – «художником в анатомии и хирургии», как сам себя называл. Преодолев отвращение к естественным наукам, Валентин с блеском окончил медицинский факультет и получил диплом с отличием. Но карьере ученого предпочел должность простого земского лекаря – «мужицкого» врача. Иногда, не имея под рукой инструментов, он использовал перочинный нож, гусиное перо, слесарные щипцы, а вместо ниток – женский волос.

Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий овдовел в 1919 году, потеряв любимую жену и мать четверых детей. В феврале 1921 года, в страшное время репрессий, когда тысячи мирян и священников, отвергнувших обновленчество, сидели в тюрьмах, ссылках и лагерях, хирург Валентин Феликсович стал священником. Теперь он оперировал и читал студентам лекции в рясе и с крестом на груди. Перед операцией молился Божией Матери, благословлял больного и ставил на его теле йодовый крест. Когда из операционной однажды вынесли икону, хирург не приступил к операциям до тех пор, пока у высокого начальства не заболела жена и икону вернули на место. Он всегда открыто говорил о своей вере: «Куда меня ни пошлют – везде Бог». «Считаю своей главной обязанностью везде и всюду проповедовать о Христе», – этому принципу он остался верен до конца своих дней.

В своей автобиографии святитель-хирург писал: «Ничто не могло сравниться по огромной силе впечатления с тем местом Евангелия, в котором Иисус, указывая ученикам на поля созревшей пшеницы, сказал им: Жатвы много, а делателей мало; итак, молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою (Мф. 9; 37-38). У меня буквально дрогнуло сердце… «О Господи! Неужели у тебя мало делателей?!» Позже, через много лет, когда Господь призвал меня делателем на ниву Свою, я был уверен, что этот евангельский текст был первым призывом Божиим на служение Ему».

Святитель Лука Войно-Ясенецкий: “В служении Богу вся моя радость”

«Я подлинно и глубоко отрекся от мира и от врачебной славы, которая, конечно, могла бы быть очень велика, что теперь для меня ничего не стоит. А в служении Богу вся моя радость, вся моя жизнь, ибо глубока моя вера. Однако врачебной и научной работы я не намерен оставлять», – писал Валентин Феликсович сыну Михаилу. И еще: «О, если бы ты знал, как туп и ограничен атеизм, как живо и реально общение с Богом любящих Его…»

В 1923 году знаменитый хирург принял тайный монашеский постриг и был возведен в сан епископа. Он добровольно и открыто избрал крестный путь мученичества, страданий и подвига, путь «агнца среди волков», о котором ни разу не пожалел.

Его скитания по тюрьмам и ссылкам начались после первой же архиерейской службы в кафедральном соборе Ташкента, откуда «черный ворон» увез его в тюрьму.

Однажды возглавлявший ЧК Петерс спросил профессора: «Скажите, поп и профессор Ясенецкий-Войно, как это вы ночью молитесь, а днем людей режете?» «Я режу людей для их спасения, а во имя чего режете людей вы, гражданин общественный обвинитель?», – ответил врач. «Как это вы верите в Бога, поп и профессор Ясенецкий-Войно? Разве вы видели своего Бога?»

«Бога я действительно не видел… Но я много оперировал на мозге и, открывая черепную коробку, никогда не видел там также и ума. И совести там тоже не находил. Значит ли это, что их нет?».

Под хохот всего зала «Дело врачей» с треском провалилось.

Владыку Луку не сломили ни многочисленные аресты, ни годы тюрем и сталинских лагерей, ни 13-дневный допрос «конвейером», когда ему не давали спать, ни клевета и изгнания. Сколько людей сломалось в подобных условиях! А он ничего не подписал и не отрекся от сана священника. Идти по столь тернистому пути, по его признанию, ему помогало почти реальное ощущение, что его поддерживает и укрепляет “Сам Иисус Христос”.

По биографии Святителя Луки Войно-Ясенецкого можно изучать историю и географию России. Он пережил революцию, Русско-японскую войну, Гражданскую войну, две мировые войны, Великую Отечественную войну, гонения на Церковь, годы лагерей и ссылок.

Вот лишь некоторые места, где ему довелось жить: Керчь, Кишинев, Киев, Чита, Симбирская, Курская, Саратовская, Владимирская, Орловская, Черниговская губернии, Москва, Переславль-Залесский, Туркестан, Ташкент, Андижан, Самарканд, Педжикент, Архангельск, Красноярск, Енисейск, Большая Мурта, Туруханск, Плахино, Тамбов, Тобольск, Тюмень, Крым…

В разные годы владыка был епископом Ташкентским и Туркестанским (25.01.1925 – сентябрь 1927), епископом Елецким, викарием Орловской епархии (5.10.1927 – 11.11.1927), архиепископом Красноярским и Енисейским (27.12.1942 – 7.02.1944), архиепископом Тамбовским и Мичуринским (7.02.1944 – 5.04.1946), архиепископом Симферопольским и Крымским (5.04.1946 – 11.06.1961).

В Тамбовской епархии владыка Лука в течение двух лет одновременно служил в церкви и работал хирургом в 150 госпиталях. Благодаря его блистательным операциям тысячи солдат и офицеров вернулись в строй.

В 1946 году владыка назначается архиепископом Симферопольским и Крымским. Здесь он завершает работу над богословским трудом «Дух, душа и тело», в котором внимание уделяется также учению Священного писания о сердце как органе богопознания. Когда в 1958 году архиепископ Лука полностью ослеп, он писал своей дочери: «От операции я отказался и покорно принял волю Божию быть мне слепым до самой смерти. Свою архиерейскую службу буду продолжать до конца».

11 июня 1961 года, в День Всех Святых, в земле Российской просиявших, 84-летний архиепископ Лука отошел ко Господу. Три дня неиссякаемым потоком люди шли попрощаться с любимым архипастырем. Многие больные у могилы святителя Луки получили исцеления.

Валентин Войно-Ясенецкий (Святитель Лука) — врач, лечивший людей в ссылке и писавший научные труды в тюремной камере. Хирург, носивший рясу в ту пору, когда священники в страхе срывали ее и отказывались от своей веры.

Биография Войно-Ясенецкего — это смесь противоречивых фактов, в которые сложно поверить и которые больше похожи на легенды. Особенно если ничего не знать о череде событий, превративших скромного земского доктора в ученого, архиепископа и… лауреата Сталинской премии.

Почему в годы гонений на церковь успешный хирург принял постриг? За что ссыльный архиепископ получил премию имени советского тирана? Где находятся храмы Святителя Луки и памятники хирургу-священнику? Ответы на эти и другие вопросы в статье.

  • Миф и правда
  • Несостоявшийся художник
  • Земский доктор
  • Анна Ланская
  • Хирург-священник
  • Война
  • Последние годы
  • Храмы Святителя Луки

Миф и правда

В советские времена ходила по стране странная молва о священнике-хирурге, читавшем молитвы перед операциями. Говорили, он скальпелем владел виртуозно и от любого недуга избавлял. Причем хирург-священник носил генеральские погоны, а в годы Великой Отечественной войны заведовал сибирским госпиталем.

Первые утверждали, что загадочный доктор жил в Сибири. Вторые, что в Крыму. Третьи уверяли — в Ташкенте. Самая распространенная история о Войно-Ясенецком гласила: монахом он стал после смерти горячо любимой жены. Правда часто сплавлена с мифами, а исторические факты — с легендами.

Только в конце 80-х портрет Святителя Луки, по книгам которого училось не одно поколение советских хирургов, стал проясняться. И оказалось, что не так уж много вымысла в его биографии: Войно-Ясенецкий отнюдь не мифический персонаж, а вполне реальный человек. Однако человек незаурядный, с несгибаемым характером, а главное — совместивший несовместимое.

Каждый советский человек «знал»: наука и религия совместимы. Священник-хирург доказал, что эти две сферы могут сосуществовать.

Несостоявшийся художник

Войно-Ясенецкие — старинный дворянский род, представители которого в разное время владели обширными имениями в Польше и Западной Украине. Правда, к началу XVII века они изрядно обмельчали, а к середине XIX столетия многие из них откровенно обеднели. В том числе и прадед архиепископа Луки, заправлявший мельницей и носивший лапти.

Отец его был католиком, честным, добрым человеком и неудачливым аптекарем. Мать страстно занималась благотворительностью, но церковь не посещала принципиально.

Валентин Войно-Ясенецкий родился в 1877 году в Керчи. Спустя несколько лет семья переехала в Киев. Помимо Валентина, у дворянина-аптекаря было два сына и три дочери.

Войно-Ясенецкий отличался от своих братьев: был замкнутым, молчаливым. Его томили нравственные вопросы.

Заразившись толстовскими идеями, он стал вегетарианцем, принялся спать на полу и общаться с мужиками. Когда же в руки будущему епископу попалась книга «В чем моя вера», он разочаровался в Толстом и больше никогда не читал труды писателя-еретика. Однако потомственного дворянина по-прежнему терзало то, что терзало сотни русских интеллигентов — вина перед простым мужиком.

Валентин Войно-Ясенецкий с детства увлекался живописью. Мечтал стать художником. Рисовал он обычно нищих, деревенских баб с детьми, истово молящихся мужиков и странников с посохами. Окончив гимназию, человек, которого сегодня Россия знает как Святителя Луку, хотел было поступить в Академию художеств. Однако на экзамене передумал.

В автобиографической книге Святителя Луки сказано:

… я не имел права заниматься тем, что мне нравится, и должен был делать то, что полезно для страдающих…

Анна Ланская

Она была сестрой милосердия. Двое врачей просили ее руки, но она отказала, потому как дала обет безбрачия. А предложение вчерашнего студента Войно-Ясенецкого приняла.

За день до венчания Анна молилась в храме, и в какой-то момент ей показалось, что Христос отвернул от нее свой лик. Будущая жена врача Войно-Ясенецкого восприняла это как наказание за нарушение обета.

В тени каждого великого человека неизменно таится страдаюшая женщина. В тени хирурга Валентина-Ясенецкого, автора «Гнойной хирургии» (именно за эту книгу Святитель Лука был удостоин Сталинской премии) таилась бывшая медсестра милосердия. Она выбрала его потому, что он был особенным. И она, вероятно, ожидала большой и сильной любви.

Валентин Войно-Ясенецкий отдал в жертву страждущим не только свою жизнь, но и жизнь жены. Карьере городского доктора он предпочел бедную деревенскую больницу. Университетским операционным — «мужицкую» медицину.

Войно-Ясенецкие переезжали из одного уездного города в другой. И везде доктора ожидали нищие больничные палаты и крестьяне, вереницей спешащие к нему на прием. На работе он проводил по 15—18 часов в сутки. А если появлялась свободная минута, Войно-Ясенецкий посвящал ее научным изысканием. Семья жила в нищете, каждую копейку откладывали на поездку в Москву для сдачи докторских экзаменов.

При этом он не только лечил своих пациентов, но и помогал им с деньгами. Одному бедняку подарил дорогой пояс (прямо с себя снял). Другому — ковер, прежде висевший в его кабинете. Вопрос «Есть ли у вас средства на лечение?» больные нередко слышали от Войно-Ясенецкого. Он много думал о пациентах, но просмотрел болезнь в своем доме.

У Анны был туберкулез. В те времена верили, что от этой болезни избавляет южный, сухой климат. Войно-Ясенецкие уехали в Ташкент. Юный климат не помог. Анна умерла в 1919 году.

Могилы жены и дочери Войно-Ясенецкого. Ташкент

О ее смерти позже было сложено несколько легенд. Вот одна из них.

Была у врача Войно-Ясенецкого жена-красавица. Как-то заболела, слегла, и больше не вставала. Ни муж, ни другие доктора не смогли спасти ее. В день своей смерти она подозвала к себе старших детей. Перекрестила. И померла. А с младшим попрощаться не успела. Но тут он вдруг появился в дверях и как закричит: «Мама! Мама!». И что же вы думаете? Рука покойницы поднялась и перекрестила младшенького. С тех пор Войно-Ясенецкий в Бога уверовал и в монахи постригся.

Это, конечно, всего-навсего фольклор. Но в каждом мифе есть доля правды.

Хирург-священник

Едва ли Войно-Ясенецкий искал утешения в религии — он принимал и оперировал больных 16 часов в сутки. Но однажды, спустя два года после смерти жены, явился на работу в рясе священника. Это было в феврале 1921 года и вызвало шок у коллег.

Надеть рясу в то время, когда повсюду висят плакаты о злейших врагах — помещиках, попах и белых офицерах! И всем стало ясно, что Войно-Ясенецкого совсем скоро арестуют. Что и произошло.

И снова легенда-быль о хирурге-священнике.

В свободные от операций часы он проводил в церкви — писал иконы. Как-то рабочие забрались на крышу — кресты ломать. Тут Войно-Ясенецкий вышел и начал ругать их. Один из рабочих в тот момент стоял на верхушке лестницы, и, когда грозный батюшка в ярости толкнул ее, упал и сломал ногу.

Войно-Ясенецкий позвал санитаров, приказал отнести бедолагу в больницу, а там сделал ему операцию. После снял халат, вымыл руки и пошел в милицию («Арестуйте меня!»).

На самом деле Войно-Ясенецкий в милицию сдаваться не ходил — за ним пришли, когда он делал операцию. К тому же это бы уже второй арест, первый случился еще до семейной трагедии и в некотором роде приблизил смерть Анны. Но и первый, и второй аресты к тюрьме не привели. Через два месяца хирурга Войно-Ясенецкого отпустили.

Ссылка

Епископский сан был присвоен Войно-Ясенецкому в мае 1923 года. А в июне он снова был арестован. Ему предъявили нелепые обвинения. На этот раз заключения было не избежать.

На суде обвинитель спросил хирурга-священника: «Ночью вы молитесь, а днем людей, получается, режете! Разве вам это позволяет ваш бог?». Подсудимый ответил вопросом на вопрос: «Я это делаю для их спасения, а ради чего вы режете людей?».

Войно-Ясенецкого отправили в Енисейск, где и пошла первая молва о необыкновенном священнике-хирурге.

Находясь в ссылке, архиепископ Лука продолжал лечить людей. Однажды его вызвали на допрос. «Как вы смеете заниматься практикой?», — кричал на него чекист. А Войно-Ясенецкий отвечал так: «Денег с больных я не беру, а отказывать им, простите, не имею права — клятву Гиппократа давал».

Кроме того, он продолжал богослужения, из-за чего провел несколько дней в одиночной камере.

В довоенное время епископ Лука стал едва ли не самой популярной личностью в Красноярском крае — вторую ссылку он провел в Туруханске. Работал в местной больнице, выполнял сложнейшие операции. Опять же совершал богослужения.

Один из пациентов, важный чиновник, как-то задал провокационный вопрос Войно-Ясенецкому: «Вы, профессор, Бога не видели, как же можете утверждать, что он существует?». «Я не раз вскрывал человеческий череп, и никогда не видел там так же и ума, и глупости» — парировал хирург-священник.

В 1925 году Войно-Ясенецкий был отправлен в деревню, расположенную в двухстах километрах от Полярного круга. Здесь он жил в маленькой ветхой избушке. Не умер от голода и холода лишь благодаря помощи местных жителей.

Удивительно, но ссыльный доктор находил силы и на научную работу. Уже в конце двадцатых о нем знали за границей, его статьи были опубликованы в немецкой газете. Как туда попали работы советского хирурга-священника? Несмотря на страх перед арестом, у Войно-Ясенецкого находились сторонники, которые всячески помогали ему.

Храмы

Святитель Лука похоронен в Симферополе. Его могилу (находится справа от главного входа) круглый год посещают паломники из разных городов — считается, что молитва здесь избавляет от болезней.

В 1995-м хирург священник был причислен к лику святых. Церкви, названные его именем, есть в городах России и Украины.

В Москве три храма Святителя Луки. Первый находится на Симферопольской, второй в Марьине. Третий — в научном центре им Бакулева. Кроме того, в 2008 году, на улице Маршала Рыбалко, на территории 52-й больницы, была освящена часовня Святителя Луки.

Храмы есть в Воронеже, Липецке, Екатеринбурге, Красноярске, Киеве, Одессе. И конечно, в городе, где он провел последние годы. Мощи Святителя Луки хранятся в Свято-Троицком соборе.

Церковь расположена на улице Одесской. Построена на месте старой деревянной, возведенной в XVIII веке. Святитель Лука Крымский здесь был настоятелем с 1946 года.

Здесь же, в Симферополе, установлено несколько памятников Войно-Ясенецкому. В разных городах больницы и госпитали названы в его честь. Кроме того, один из крупнейших сибирских медицинских вузов — Университет им Войно-Ясенецкого в Красноярске.

В том же городе в 2002-м установлен памятник Святителю Луке.

Врач от Бога: жизненный путь архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого)

9 мая исполняется 140 лет со дня рождения святителя Луки (Войно-Ясенецкого). Судьба архиепископа Луки ярка, необычна и неповторима. В своей земной жизни он органично соединил два служения – Богу и людям. Одно – на святительской кафедре, другое – за операционным столом.
Валентин Феликсович (так звали в миру святителя Луку) родился в 1877 г. в Керчи в семье провизора. По окончании гимназии в Киеве он избрал медицину в качестве дела, которому решил посвятить жизнь. Интересно, что впоследствии святитель вспоминал, что испытывал больше склонностей к занятиям живописью, тогда как «к естественным наукам чувствовал почти отвращение», однако, как глубоко верующий человек, посчитал своей обязанностью «заняться тем, что полезно для страдающих людей». И этот жертвенный поступок был вознагражден Богом.
Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий, 1910 г.
Учась на медицинском факультете Киевского университета, он увлекся хирургией. Впоследствии о его хирургическом мастерстве было сложено много легенд. Сам же он в своих «Воспоминаниях» так резюмировал итог своих юношеских исканий: «Из неудавшегося художника я стал художником в анатомии и хирургом».
По окончании университета Валентин в составе медицинского отряда Красного Креста участвовал в Русско-японской войне. В военно-полевом госпитале в Чите он успешно оперировал раненых. Там святитель встретил женщину, ставшую его женой и матерью его четырех детей, – сестру милосердия Анну Ланскую, которую раненые прозвали «святой сестрой» за ее исключительную доброту и кротость.
Архиепископ Лука, г. Тамбов, 1944 г.
Впоследствии семья Войно-Ясенецких жила в разных городах – Ардатове, Фатеже, Переславле-Залесском, Ташкенте. И везде Валентин Феликсович много и успешно оперировал больных, занимаясь также научной работой.
В 1915 г. вышла его первая книга – «Регионарная анестезия», посвященная вопросам местного обезболивания при оперативном лечении больных. В 1916 г. за этот труд он был удостоен степени доктора медицинских наук и премии Варшавского университета. Вслед за этим у Валентина возникла мысль изложить свой обширный хирургический опыт в книге под заглавием «Очерки гнойной хирургии». При этом, как он вспоминал позднее, ему явилась «крайне странная, неотвязная мысль: когда эта книга будет написана, на ней будет стоять имя епископа».
Архиепископ Лука после службы у собора Святой Троицы. Симферополь. 1953 г.
В 1917 г. умерла от туберкулеза его жена. А в 1921 г. Валентина Феликсовича рукоположили в сан священника, в 1923 г. постригли в монашество и вскоре хиротонисали во епископский сан.
Принятие священства в 1920-е годы требовало от человека немалого мужества. Это было время разгула «воинствующего атеизма», а святитель Лука не побоялся открыто вступиться за Православную веру, которую стремились вытеснить из сердец и памяти людей. Вот его собственные слова, объясняющие, почему он это сделал: «При виде кощунственных карнавалов и издевательств над Господом нашим Иисусом Христом, мое сердце громко кричало: «Не могу молчать!» И я чувствовал, что мой долг – проповедью защищать оскорбляемого Спасителя нашего и восхвалять Его безмерное милосердие к роду человеческому».

На эту тему святитель проповедовал и писал. Иногда это проявлялось и в житейских эпизодах, когда он заступался за икону, которую выбрасывали из операционной. Или когда отказался лечить человека, повредившего глаз при разрушении храма. Это мог позволить себе только очень смелый человек, особенно если учесть, что последний случай относится к периоду его сибирской ссылки, когда он был абсолютно беззащитен и бесправен.
Работа скульптора Оленина над бюстом лауреата Сталинской премии архиепископа Луки, 1946 г.
Но самой яркой проповедью христианства, которую всю свою жизнь вел святитель Лука, было его служение в качестве врача-хирурга. Вряд ли возможно назвать хирурга, равного ему в его врачебном искусстве. Он одним из первых в России делал операции не только на желчных путях, почках, желудке и кишечнике, но даже на сердце и на мозге, прекрасно владел и техникой глазных операций. Такой диапазон кажется сегодня невероятным. Один из лучших его биографов, Марк Поповский, упоминает о том, что в 1924 г., за десять лет до официально известного случая трансплантации чужеродной почечной ткани, он пересадил больному почку свиньи, то есть произвел операцию, с которой отсчитывается эра пересадок почки в нашей стране.
Архиепископ Лука в Свято-Троицком соборе с клиром. Симферополь. 1953 г.
Этот искуснейший хирург был необычайно смиренным человеком. Он признавал себя лишь орудием в руках Бога. «Это вас Бог исцелил моими руками. Молитесь Ему», – так говорил он пациентам, пытавшимся его «отблагодарить». При этом он благословлял больных. Перед каждой операцией молился; прежде чем сделать на коже разрез, трижды осенял крестным знамением операционное поле. А если прибавить, что операции его почти всегда были успешными и что сам он говорил, что «исцеляет с помощью Господа Иисуса Христа», то хирургическая деятельность святителя Луки была самой настоящей проповедью, хотя и звучала не с церковного амвона.
Глубоко христианской была и личная жизнь святителя Луки. Он отличался крайней нестяжательностью, не брал традиционных в медицине со времен Гиппократа «приношений» врачу от больных. Будучи архиепископом в Симферополе, всегда ходил в чиненых рясах с протертыми локтями. А на предложение племянницы сшить новую одежду отвечал так: «Латай, латай, Вера, бедных много», предпочитая потратить эти деньги на еду для нуждающихся. Многие из них ежедневно приходили к дому, где жил владыка, там их кормили обедом… Это милосердие архиепископа-хирурга было убедительней самых красноречивых, но не подкрепленных делами проповедей.
Архиепископ Лука. Тамбов, 1944 г.
За свои православные убеждения святителю Луке пришлось заплатить одиннадцатью годами мытарств по тюрьмам и ссылкам. Енисейск, Красноярск, Архангельск – вот города, где не по своей воле побывал святитель-хирург. Ссылка в Архангельск была второй из его ссылок и длилась три года – с 1931 по 1933 г. Причиной ее послужило то, что в Ташкенте владыка был несправедливо обвинен в пособничестве самоубийству одного психически нездорового ученого. В Архангельске святитель Лука работал хирургом и занимался подготовкой к печати своего основного труда – «Очерки гнойной хирургии», увидевшего свет в 1934 г., сразу после ссылки.

В Архангельске он пробыл до ноября 1933 г., хотя срок ссылки истек еще в мае этого года. По свидетельству одного из биографов святителя Луки, «вторую свою ссылку он считал легкой», но это несколько не соответствует тому, что писал о ней сам святитель в своих воспоминаниях: «В первый год жизни в Архангельске я испытывал большие затруднения в отношении квартиры и был почти бездомным».
Прижизненное издание «Очерков гнойной хирургии» архиепископа Луки
Здесь он разработал новый метод лечения гнойных ран. Его вызвали в Ленинград, и Киров лично уговаривал его снять с себя сан, после чего обещал тут же предоставить ему институт. Но владыка не согласился даже на печатание своей книги без указания сана. Однако «Очерки гнойной хирургии» все-таки вышли в 1934 г. и выдержали два переиздания. За этот труд святитель получил в 1946 г. Сталинскую премию 1-й степени.
Для нашего времени чрезвычайно актуален его опыт перенесения лишений. Известно, что они способны сделать человека озлобленным, безжалостным, мстительным. Но святитель Лука, много выстрадав, сумел не превратиться в замкнутого мизантропа. Не следует думать, что он забыл то, что пережил «по острогам и ссылкам». Но при этом не разучился быть милосердным. Известно, что когда началась Великая Отечественная война, он, будучи в очередной ссылке под Красноярском, пришел к руководителю райцентра и предложил свой опыт, знание, мастерство для лечения воинов Советской армии. Причем это не было попыткой получить свободу. Заявление, сделанное в связи с этим архиепископом Лукой, кончалось потрясающими словами: «…по окончании войны готов вернуться в ссылку». Он, как пастырь и врач, просто-напросто не мог оставаться в стороне при виде страданий людей, которым мог бы помочь.
Епископ Лука в окружении паствы. Ташкент, 1936 г.
С октября 1941 г. святитель Лука стал консультантом всех госпиталей Красноярского края и главным хирургом эвакогоспиталя. Он много работал, совершая по пять сложных операций в день. Несмотря на то что в это время ему было уже за шестьдесят, Владыка проводил в операционной по пять–десять часов ежедневно, особое внимание уделял тяжелораненым, которых нередко спасал от смерти.
Одиннадцать лет, через мытарства тюрем и ссылок, пронес святитель верность избранному им жизненному пути, верность Православию. Он мог бы получить свободу, возглавить институт, который ему готовы были предоставить, ценой одной-единственной уступки. От него требовалось только отказаться от сана, отречься от Бога. Он предпочел вынести любые страдания, но не предал свою веру. Свобода пришла к нему лишь в 1942 г. В 1944 г. он стал архиепископом Тамбовским, а в 1946 г. – архиепископом Крымским и Симферопольским. В это время из-за прогрессирующей потери зрения он уже не мог заниматься хирургической деятельностью.
Творческое наследие святителя Луки обширно. Это и труды по медицине, и проповеди, из которых 750 записаны и составляют 18 томов машинописи, и написанная им с целью доказать неверующим истинность Православия книга «Дух, душа, тело», и, наконец, автобиографические «Воспоминания», которые неоднократно переиздавались. Много страданий выпало на долю святителя. Но он знал, что терпит их за правое дело – за дело Божие, и иной судьбы для себя не хотел. На исходе своей жизни в одном из писем к сыну он написал: «Даже если бы не изменилось столь существенно положение Церкви, если бы не защищала меня моя высокая научная ценность, я не поколебался бы снова выступить на путь активного служения Церкви. А к тюрьме и ссылкам я привык и не боюсь их».
Заключенный Валентин Войно-Ясенецкий (епископ Лука), Ташкент, 1939 г.
Жизненный путь святителя-исповедника Луки завершился 11 июня 1961 г. в Симферополе. Постановлением Синода Украинской Православной Церкви от 22 ноября 1995 г. он был причислен к лику местночтимых святых. Определением Юбилейного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви в августе 2000 г. установлено всероссийское почитание священноисповедника Луки, архиепископа Крымского и Симферопольского.
Могила святителя Луки в Симферополе
(отсюда)

Добавить комментарий

Закрыть меню